Как я был альфонсом

В трубке, как в спичечном коробке, снова начинают ползать майские жуки. Бля, ну и смех у этого придурка. Отсмеявшись, говорит абсолютно серьёзным голосом:

– Бергер, не беси меня, дэбил. Ты шо, хочешь молодую охуенную пелотку, шоб она у тебя всю ночь сосала, а на утро бабки заплатила?.. Ты блять ещё скажи спасибо за то, что она ваще ЖЕНЩИНА! Потому что у меня щас в качестве клиентуры мужиков в полтора раза больше!.. Да в том то и дело, что рабочей силы не хватает. Тёлок, пусть и старых, ебать ещё соглашаются, а с мужиками ебуцца самые конченые пидоры. А пидоры, как это ни странно звучит, нынче в дефиците. Слушай, а ты, случаем, не хочешь попытацца?.. Там денег больше…

И снова этот идиотский смех. Не выдерживаю, бросаю трубку. Скотина. Предприниматель хуев. Выкурив очередной кэмэл, набираю номер клиентки. Господи, номер своей Первой Клиентки!... Дожил, маргинал сраный...

…В ОВИРе на днях впаяли нихуёвый штраф. У любимой день рождения, круглая дата, ёптеть… Мобилу спиздили, комп накрылся, работа встала. Как следствие – получаю только мизерную ставку, ни о каких былых процентах с выторга речи идти не может: клиентура разбежалась, как тараканы от света. Как говорится, беда не приходит одна. Нет, это не оправдания, это просто жизнь такая. Да и хуле сейчас оправдываться… В конце концов, чувство стыда и раскаяния уже нейтрализовано временем…

Короткие гудки. Занято. В голову лезет дурацкая мысль: «А что если… Что если Всевышний даёт мне возможность одуматься, остаться собой, не предавая своих идеалов и жизненных установок?» Нахуй такие мысли, деньги нужны. Набираю ещё раз – берёт трубку. Голос приятно удивляет – молодой, бодренький, грудной, с придыханием (и ещё куча всяких эпитетов, ведь надежда последней подыхает):

– Алё?.. Да, это я. Какой Костя? А… Да, я помню Костю, а когда вы с ним разговаривали? Понятно. Дело в том, что мы общались с ним недели две назад, тогда у меня действительно была такая потребность…

(Опять мысли о Всевышнем, может пронесёт всё-таки, может эта старая пелотка нашла себе такого же старого, и, главное, бесплатного ёбаря?)

– Но вы всё равно подходите, э-э-э-э… Алексей. Запишите адрес.

Не пронесло. Записываю адрес. Кладу влажную телефонную трубку и стыдливо озираюсь вокруг. Нет, никто ничего не заметил – уставшие киевляне спешат домой после изнурительного трудового дня, и нет им до меня никакого дела. И слава Богу. Ещё не хватало.

Дверь открывает именно то, чего я так боялся. Этому чудищу уже давно не сорок пять, волосы собраны в нелепый пучок на затылке, очки в массивной оправе завершают картину.

– Э-э-э… Надежда Викторовна?
– Да, здравствуйте, Алексей, проходите. Вы не голодны?

Срабатывает спасительный рефлекс:

– Ой, вы знаете, я бы с удовольствием чего-нибудь выпил.
– …Водки?

Вот блять… В точку попала, старая. Да, именно водки, причём много. Чем больше, тем для тебя же, мразь, лучше. Чем пьянее я буду, тем больше вероятность того, что я не нарыгаю тебе на очки. Вслух отвечаю:

– Ну, вообще-то я бы не отказался от сухого вина… (Вот блять даун). Впрочем, и от водки тоже не откажусь...

Садимся к столу. Что и требовалось доказать – полная сервировка. Путь к сердцу через желудок, ёб твою мать… На ум приходят тоскливые мысли о том, что хорошая еда предлагается приговорённым к высшей мере с утра, за пару часов до приведения приговора в исполнение. Интересно, через какое время мне надлежит её… ну, выебать?.. От этих мыслей хочется блевать, но я подавляю некрасивое желание, вливая в себя первые 50.

…Совпадение это или закономерность, но за трапезой и задушевными разговорами прошло около двух часов. Я изрядно захмелел, и перешёл в наступление. А хуле делать, чё резину-то тянуть? Отстрелялся – гуляй смело.

– Надежда Викторовна, я пожалуй пойду приму душ.
– Да-да, Алексей, вторая дверь, правый выключатель. Ага, вот этот. Шампунь на зеркале, полотенце я вам подам.

Бля, полотенце она мне подаст… А потом вытрет, и отнесёт в комнату, потом мы включим «Спокойной ночи малыши» и я забудусь сладким младенческим сном. Потом проснусь – и всё это окажется приснившейся неправдой…

Не, хуй там. Утопия – не для нищих. Полотенце действительно подано, и я, обмотав свой худощавый таз, выбираюсь в комнату. Внезапно застеснявшись, старуха тоже двигается в душ. «Это хорошо, - думаю я, - мало ли чем там у неё от пелотки несёт, стока лет прожить на белом свете…» Почувствовав приближение губительной трезвости, проникаю на кухню, залпом допиваю «немировскую», наскоро закусываю чесночным салатом (додумалась, пидра очкастая!) и запрыгиваю под одеяло.

…Как всё-таки хитро устроен человеческий организм! Если лежать на спине с закрытыми глазами, то ласки старой мрази могут показаться твоему хую прикосновениями девятнадцатилетней японской гейши! Беспезды, пока я не открыл глаза, всё было просто охуительно. Во всяком случае, сносно.

– Алексей… – старуха сидит над моим хуем и явно хочет какого-то продолжения. Бля, если в комплекс услуг входит куннилингус, то я за себя не ручаюсь…
– Да, Надежда Викторовна…
– Просто Надежда... – ну, блять, началось… Интересно, а признания в любви в прейскурант не входят? А то я могу. Вместо любви плотской удовлетворить потребность старой пизды в чувствах сугубо платонических, бу-га-га…
– Надежда, ложитесь. Да, вот так. Давайте я вам помогу… Подушку наверное уберём, она не нужна…

Блять, да я просто профессионал! Я, сцука, рождён для того чтоб быть альфонсом! Несколько десятков фрикций – и всё заебись – член стоит, падать не собирается; я действую как робот: не вникаю в происходящее, не переживаю, не блюю… Не блюю, сказал… Бля… Бл… Бу-у… Бу-э-э-э!!!!!!!......

Блевотина растекается по обвисшим старческим сиськам, в глазах похотливой мрази – испуг и обида. А чё, ты блять сука хотела, тварина вонючая?!. Ну не создан я для этого! Моей любимой – 20 лет, она пахнет как ребёнок, я люблю её молодость! А теперь поверни ебальник к зеркалу и посмотри на себя – да тебе ж блять в крематорий пора, свинья недоёбаная!!!

Внезапно понимаю, что кричу вслух. Надежда Викторовна, прикрывшись одеялом, всхлипывает. Судорожно натягиваю на себя джинсы и футболку. У самого выхода меня останавливает её голос:

– Алексей, вы бы не могли подать мне мою сумочку?..

Чё за нахуй?... Нахуя ей сумочка? Газовый баллончик достать?.. Или страпон, чтоб удовлетворить себя самостийно? Подаю сумочку, и на всякий случай делаю шаг назад. В голове – сумбур.

– Вот, возьмите… – старуха протягивает мне две сложенные зелёные купюры. Молча беру деньги, некоторое время пребываю в ауте, потом выдавливаю:
– Извините…

Захлопнув дверь, и пробежав один лестничный пролёт, смотрю на ассигнации. Две бумажки по 20 баксов. Сорок долларов, сука. Хотя, я и этому должен быть благодарен. За такую работу не то что не платят, за такое убивают. А Костян, тварь, свои тридцать процентов не получит. Пусть убьёт себя, сутенёр вонючий.

Потратить 40 у.е. в Киеве в 11 вечера очень просто. Забурившись в какую-то забегаловку, выпиваю водки, знакомлюсь с местной босотой, и спрашиваю, где достать ганджубас. Решаем так: я даю двадцатку, один парниша идёт и покупает. Со мной для подстраховки остаётся ещё один, со своей тёлкой. Схема кидалова проста: краля идёт в туалет и долго не возвращается. «Чё за хуйня? Посиди, братишка, я щас проверю» - говорит кидала, и убегает навстречу своим босяцким приключениям. Эту схему я знаю как алфавит, но мне беспезды не жалко денег. Как пришло – так и ушло. На такси хватит – и это самое главное…

загрузка...